Определенные Темные Дела

Я так тебя люблю, как обожают только тьму

Пабло Неруда «Сонеты XVII

Глава 8

Огнь умеряет золото

Майя никогда не была на Лонг-Айленде, но когда представляла его, всегда задумывалась, что он похож на Нью-Джерси – приемущественно пригород, где живут люди, работающие в Нью-Йорке либо Фили. Она закинула собственный ранец в багажник Определенные Темные Дела грузовика Джордана, поразительно незнакомого. Когда они встречались, он водил побитую красноватую Тойоту, всегда замусоренную стаканчиками из под кофе и фаст-фуда, пепельница всегда была переполнена окурками. Кабина этого грузовика сравнимо незапятанной, только остатки сложенных бумаг на пассажирском сидение. Он отодвинул их в сторону, ничего не сказав, когда она села Определенные Темные Дела.

Они не говорили пока ехали по Манхэттену, и по Лонг-Айледскому высокоскоростному шоссе, и Майя задремала, прижавшись щекой к прохладному стеклу окна. Она совсем пробудилась, когда их тряхнуло на ухабе, подбросив ее. Она моргнула, протирая глаза.

– Прости, – произнес Джордан грустно. – Я желал дать для тебя подремать, пока не доберемся.

Она села Определенные Темные Дела, оглядываясь вокруг. Они ехали по 2-ух полосной трассе, небо над ними только начинало светлеть. По обе стороны дороги их окружали поля, с попадающимися время от времени домиками либо бункерами, вагончиками, окруженными частоколами.

– Прекрасно, – произнесла она с удивлением.

– Да. – Джордан сменил передачу и прочистил гортань. – Раз уж ты Определенные Темные Дела пробудилась… До того как мы доберемся до Дома Преторов, могу я кое-что показать для тебя? – Она размышляла только миг, до того как кивнуть головой. И на данный момент они были тут, подскакивая на однополосной грязной дороге с деревьями по обеим сторонам. Деревья в главном были без листьев, дорога была грязной Определенные Темные Дела и Майя опустила стекло, чтоб подышать воздухом. Деревья, соленая вода, мягенькие разлагающиеся листья, мелкие зверюшки в высочайшей травке. Она очередной глубочайший вдох, когда они слетели с дороги и сделали радиальный поворот на маленьком пространстве. Перед ними был пляж, простираясь к черной серо-голубой воде. Небо было практически Определенные Темные Дела фиолетовым. Она поглядела на Джордана. Он смотрел прямо впереди себя. – Я приходил сюда, когда учился в Доме Преторов, – произнес он. – Время от времени просто чтобы поглядеть на воду и прочистить голову. Солнце восходит тут… всякий раз по-другому, но всегда прекрасно.

– Джордан.

Он не смотрел на нее.

– Да?

– Извини за то Определенные Темные Дела, что случилось. За то, что сбежала, ну тогда, в морском дворе.

– Все нормально. – Он медлительно выдохнул, но она могла сказать по напряжению его плеч, по руке сжимающей ручку коробки, что это не так, совершенно не так. Она старалась не глядеть, как напряжение обрисовывает мышцы его руки, акцентируя неровность Определенные Темные Дела бицепса. – Для тебя было тяжело принять это, я сообразил. Просто я…

– Я думаю, мы не должны спешить. Работать совместно как друзья.

– Я не желаю, чтоб мы были друзьями, – произнес он. Она не смогла скрыть удивление.

– Не хочешь? – он передвинул руки с тумблера на руль. Теплый воздух от обогревателя снутри Определенные Темные Дела машины смешивался с холодным из открытого Майей окна.

– Мы не будем гласить об этом прямо на данный момент.

– А я желаю, – произнесла она. – Я желаю побеседовать об этом прямо на данный момент. Я не желаю тужиться по поводу нас, когда мы будем в Доме Преторов.

Он сполз вниз по сиденью Определенные Темные Дела, прикусив губу. Его перепутанные каштановые волосы падали ему на лоб.

– Майя…

– Если ты не хочешь чтоб мы были друзьями, то кто тогда мы? Опять неприятели?

Он повернул голову, прижавшись щекой к спинке сиденья. Те глаза, они были конкретно такими как она и помнила: ореховыми с зеленоватыми, голубыми и золотыми вкраплениями Определенные Темные Дела.

– Я не желаю, чтоб мы были друзьями, – произнес он, – так как все еще люблю тебя. Майя, ты знаешь, что я ни с кем даже не лобзался с того времени, как мы расстались?

– Изабель…

– Желала напиться и побеседовать о Саймоне. – Он снял руки с руля, потянулся к Определенные Темные Дела ней, но здесь же уронил их на свое колено, на его лице читалось очевидное поражение. – Я всегда обожал только тебя. Мысли о для тебя поддерживали меня во время обучения. Идея о том, что когда-нибудь я могу оказаться полезен для тебя. И, в любом случае, я сделаю тебе всё, не считая одной Определенные Темные Дела вещи.

– Ты можешь быть моим другом

– Я не буду просто твоим другом. Я люблю тебя, Майя. Я влюблен в тебя. Всегда был. Всегда буду. Быть для тебя просто другом, уничтожит меня.

Она смотрела в сторону океана. Край солнца показался над водой, его лучи освещали океан цветами фиолетового, золотого Определенные Темные Дела и голубого.

– Так прекрасно

– Потому, я приходил сюда. Я не мог спать, и следил за тем, как всходит солнце. – Его глас был мягеньким

– Не можешь спать? – она оборотилась к нему спиной. Он закрыл глаза

– Майя… если ты собираешься сказать «Нет», то просто скажи это… но друзьями мы не останемся… Сделай это Определенные Темные Дела стремительно (как сорвать пластырь), отлично?

Он смотрел на нее, будто бы ждя удара. Его реснички отбрасывали тени на скулы. Были бледноватые белоснежные шрамы на его горле, на его оливковой коже, шрамы которые сделала она. Она отстегнула собственный ремень, и подвинулась к нему. Она услышала его вздох, но он двинулся Определенные Темные Дела, когда она наклонилась и поцеловала его в щеку. Она вдохнула его запах. То же мыло, тот же шампунь, но аромата сигарет больше не было. Тот же юноша.

Она поцеловала его в щеку, в уголок его рта, и, в конце концов, подбираясь поближе, своими губками к его губам. Его губки Определенные Темные Дела открылись под её напором, и он низковато прорычал. Оборотни не нежны по отношению друг к другу, но его руки просто ее касались, когда он поднял ее и усадил к для себя на колено, обнимая ее и углубляя их поцелуй. Чувство его рядом, тепло вельветовых рукавов вокруг нее, биение его Определенные Темные Дела сердца, вкус его рта, столкновение губ, зубов и языка, – все это сорвало вздох с ее губ. Ее руки скользнули вокруг его шейки сзади, и она прильнула к нему, как она ощутила мягенькие густые завитки его волос, точно так же, как это было всегда. Когда они, в конце концов, оторвались друг от друга Определенные Темные Дела, его глаза были стеклянными

– Я ожидал этого годами.

Она провела пальцем линию от его ключицы. Она могла ощущать биение собственного сердца. На несколько мгновений они не были 2-мя оборотнями посланных на цель в смертельную потаенную компанию, они были 2-мя детьми, в машине, на пляже.

– Это оправдало твои ожидания?

– Это было Определенные Темные Дела еще лучше. – Его губки скривились в уголках. – Означает ли это…

– Ну, – произнесла она – Это не то, что делаешь со своими друзьями, не так ли?

– Не так ли? Я вынужден огласить Саймону. Он будет разочарован.

– Джордан.

Она немного стукнула его в плечо, но она улыбалась, так же Определенные Темные Дела как и он, внезапно большой, тупая ухмылка расходилась по его лицу. Она наклонилась и уткнулась лицом в его шейку, дыша ему утром.

* * *

Они сражались на льду озера, ледяной город сиял, как лампа на расстояние. Ангел с золотыми крыльями и ангел с крыльями, как темный огнь. Клэри стояла на льду Определенные Темные Дела, кровь и перья падали рядом с ней. Золотые перья обжигали ее кожу, подобно огню, когда касались ее, а темные были подобны льду.

Клэри пробудилась с неистово колотящимся сердечком, запутавшись в узел одеял. Она села, спустив одеяло до талии. Она была в незнакомой комнате. Стенки были отштукатурены белоснежным, она лежала Определенные Темные Дела на кровати из темного дерева, она была в той же одежке что и носила намедни. Она соскользнула с кровати, коснувшись босоногими ногами прохладного каменного пола, и осмотрелась в поисках собственного ранца. Она с легкостью отыскала его, лежащим на черном кожаном кресле. В комнате не было окон; единственный свет исходил от висевшего над Определенные Темные Дела головой осветительного прибора из темного хрусталя. Она провела рукою по ранцу и нашла к собственной досаде, хотя и без удивления, что кто-то уже прошелся по его содержимому.

Ее футляр с принадлежностями для рисования пропал, ровно как и стило. Всё, что осталось – это расческа, джинсы на замену и нижнее Определенные Темные Дела белье. По последней мере, золотое кольцо было все еще на ее пальце. Она легонько к нему прикоснулась и поразмыслила о Саймоне.

«Я внутри».

Ничего.

«Саймон?»

Ответа не последовало. Она подавила свое беспокойство. Она понятия не имела, где она была, который был час либо как длительно она была без сознания Определенные Темные Дела. Саймон мог спать. Она не могла запаниковать и решить, что кольца не работали. Она должна была действовать на автопилоте. Узнать где она, выяснить что сумеет. Позднее она снова попробует вызвать Саймона. Она глубоко вздохнула и попробовала сфокусироваться на собственном ближнем окружении.

Из спальни выходили две двери Определенные Темные Дела. Она попробовала первую и узнала, что она раскрывалась в небольшую ванную комнату из стекла и хрома с медной ванной на ножках. Тут тоже не было окон. Она стремительно приняла душ и вытерлась мягеньким белоснежным полотенцем, потом переоделась в незапятнанные джинсы и свитер, перед тем как возвратиться в спальню, взять Определенные Темные Дела свою обувь и проверить вторую дверь.

Бинго.

Тут была остальная часть – дома? Квартиры? Она была в большой комнате, половину которой занимал длиннющий стеклянный стол. Вприбавок, огни темной хрустальной люстры, свисающей с потолка, отбрасывали танцующие тени на стенки. Все было очень современным, от кресел из темной кожи до огромного камина Определенные Темные Дела, обрамленного рафинированным металлом. В нем горел огнь. Так что, в доме должен быть кто-то еще, либо был совершенно не так давно. Другая половина комнаты была занята не малым телеэкраном, отполированным черным кофейным столиком, на котором были разбросаны игры и пульты, и низкими кожаными диванчиками. Стеклянные ступени вели наверх Определенные Темные Дела по спирали.

Оглядевшись, Клэри начала взбираться по ним. Стекло было совершенно прозрачным, и создавалось воспоминание, что она взбиралась по невидимой лестнице на небо. 2-ой этаж был почти во всем похож на 1-ый – бледноватые стенки, темный пол, длиннющий коридор с дверьми, ведущими из него. 1-ая дверь раскрывалась туда, что было, разумеется Определенные Темные Дела, хозяйской спальней.

Большущая кровать из розового дерева, завешенная белоснежными прозрачными занавесками, занимала огромную часть места. Тут были окна, окрашенные синим. Клэри пересекла комнату, чтоб выглянуть. На некий момент она помыслила, не была ли она опять в Аликанте. Она смотрела на той стороне канала на другое здание, окна которого были закрыты зеленоватыми Определенные Темные Дела ставнями. Небо сверху было сероватым, канал был мрачно сине-зеленым, и справа от нее был мост, пересекающий канал. Два человека стояли на мосту. Какой-то из них держал камеру к лицу и старательно фотографировал. Не Аликанте, это. Амстердам? Венеция? Она всюду находила метод, чтоб открыть окно, но там Определенные Темные Дела, похоже, не одна; она ударилась о стекло и кликнула, но лица на мосту не направили никакого внимания. Через пару минут они двинулись далее.

Клэри возвратилась в спальню и подошла к одному из шифанеров, и раскрыла его. Ее сердечко екнуло. Шкаф был полон одежки – женской одежки. Прекрасные платьица – узорчатые Определенные Темные Дела и атласные и бусами, и цветами. Ящики состояли из лифчиков и нижнего белья, топы из хлопка и шелка, юбки, но не джинсы либо штаны. Там была даже обувь, выстроившаяся, сандалии и каблуки, и, сложенные пары чулок. На мгновение она просто смотрела, любопытно, если тут еще оставалась одна женщина Определенные Темные Дела, либо Себастьян взял для переодевания. Но на всей одежке были теги, и они все были ее размера.

И не только лишь это, она сообразила, медлительно вглядываясь. Они были точно такового цвета и форм, которые устраивали бы ее – голубые, зеленоватые, и желтоватые цвета, покрой для маленьких рамок. В конце концов, она Определенные Темные Дела вынула один из обычных топов, с зеленым колпачком – блузу с рукавами шелковой шнуровкой впереди.

После того, как она скинула собственный поношенный верх на пол, она натянула блузу, и взглянула в зеркало, висящее снутри гардероба. Посиживает совершенно. Блуза обтягивала ее фигуру, подчеркивала талию, делала ее зеленоватые глаза темнее. Она оборвала ценник Определенные Темные Дела, не хотя глядеть на стоимость, и поторопилась прочь из комнаты, ощущая дрожь в позвоночнике.

Последующая комната очевидно принадлежала Джейсу. Она знала это с той минутки, как вошла вовнутрь. Тут был его запах, его одеколон и мыло, запах его кожи. Кровать из эбонитового дерева с белоснежными простынями и одеялом, совершенная Определенные Темные Дела работа. Все смотрелось настолько же аккуратненько, как и его комната в Институте.

Книжки стояли у его кровати, обложки были на итальянском, французском и латинском языках. Серебряный клинок Герондейлов с узором из птиц был вбит в отштукатуренную стенку. Когда она подошла поближе, то сообразила, что кинжал задерживал фото Определенные Темные Дела. На котором были изображены она и Джейс, фото рук Иззи.

Она помнила тот денек, ясная погода, ранешний октябрь, Джейс посиживает на ступенях у порога Института, придерживая книжку на колене. Она посиживала на ступень выше, ее рука на его плече, и она наклоняется вперед, пытаясь узреть, что за книжку он читает.

Его Определенные Темные Дела рука накрывает ее, практически рассеяно, и он улыбается. Тогда она не могла созидать его лицо, не знала, что он так улыбался, только на данный момент она увидела это. Ее гортань сжалось, и она выбежала из комнаты, переводя дыхание. Она не могла так действовать, строго произнесла она для Определенные Темные Дела себя. Как если б то, каким Джейс был ранее, на данный момент было подлым ударом в животик. Она должна была делать вид, что это не имело значения, как если б она не замечала различия.

Она прошла в последующую комнату: еще одна спальня, очень походившая на предшествующую, но в этой был кавардак. Кровать Определенные Темные Дела, неурядица темных шелковых простыней и одеяла, стол из стекла и стали, испещренный книжками и бумагами, мужская одежка раскиданная всюду.

Джинсы, пиджаки, футболки и форма. Ее взор зацепился за что-то светящееся серебром, стоящее на прикроватной тумбочке. Она продвинулась, не веря своим очам.

Это была малая шкатулка ее Определенные Темные Дела матери, та что с инициалами Д. К. на ней. Та, которую мать доставала каждый год, один раз в год, и молчком протирала, пока слезы текли по ее лицу, разбрызгиваясь по рукам. Клэри знала, что было в этой шкатулке: локон волос, таких тонких и белоснежных как пух одуванчика; клочок детской Определенные Темные Дела рубахи; детский башмачок, так небольшой, что помещался в ее ладошки. Различные мелочи ее брата, таковой для себя коллаж малыша, которого ее мать желала иметь, желала иметь, перед тем как Валентин сделал то, что сделал и преобразовал собственного собственного отпрыска в чудовище.

Д. К. Джонатан Кристофер.

Животик скрутило, и Определенные Темные Дела она выбежала из комнаты – прямо в стенку живой плоти. Руки приняли ее, прочно обхватив, и она увидела, что они были тонкими и мускулистыми, с густыми бледноватыми волосками, и на некий момент она поразмыслила, что это Джейс держал ее. Она начала успокаиваться.

– Что ты делала в моей комнате? – произнес Себастьян у нее Определенные Темные Дела над ухом.

* * *

Изабель была приучена пробуждаться рано днем, в дождливую либо солнечную погоду, и легкое похмелье не воспрепядствовало этому произойти опять. Она медлительно села и уставилась на Саймона. Она еще никогда не проводила целую ночь в кровати с кем-то, если только не считать ползание в постели Определенные Темные Дела родителей, когда ей было четыре, и она страшилась грозы. Она не могла не глазеть на Саймона, будто бы он был каким-то экзотичным видом животного.

Он лежал не спине, рот немного приоткрыт, волосы на очах. Обыденные карие волосы, обыденные коричневые глаза. Его футболка немного задралась. Он не был мускулистым Определенные Темные Дела как Сумеречный охотник. У него был гладкий тонкий животик, но без кубиков пресса, и на его лице все еще был намек на мягкость. Что все-таки такового было в нем, что так восхищало ее? Он был достаточно симпатичным, но она уже встречалась с потрясающими царевичами фейри, сексапильными Сумеречными охотниками Определенные Темные Дела.

– Изабель, – произнес Саймон, не открывая глаз. – Закончи пялиться на меня.

Изабель раздраженно вздохнула и соскочила с кровати. Она порылась в собственной сумке в поисках формы, нашла ее, и направилась находить ванную. Она была на полпути к холлу, дверь как раз открылась, и вышел Алек в облаке пара. На нем было Определенные Темные Дела полотенце, обмотанное вокруг талии, другое – на плечах и он энергично тер свои влажные темные волосы. Изабель помыслила, что она не должна удивляться узреть его тут; он тоже был приучен пробуждаться рано днем, как и она.

– Ты пахнешь сандаловым деревом, – произнесла она заместо приветствия. Она терпеть не могла запах сандалового дерева Определенные Темные Дела. Она обожала сладкие запахи – ваниль, корицу, гардению. Алек поглядел на нее.

– Мы любим сандаловое дерево.

Изабель сделала гримасу.

– Либо это то самое королевское «мы», либо вы с Магнусом превращаетесь в одну из числа тех пар, которые задумываются, что они одно целое. «Мы любим сандаловое дерево». «Мы обожаем симфонию». «Мы Определенные Темные Дела возлагаем надежды, вам приглянулся наш Рождественский подарок», который, если вам любопытно мое мировоззрение, всего только дешевенький метод избежать покупки 2-ух подарков.

Алек удивленно моргнул мокроватыми ресничками.

– Ты усвоишь…

– Если ты скажешь мне, что я усвою, когда влюблюсь, то я задушу тебя этим полотенцем.

– А если ты продолжишь мешать Определенные Темные Дела мне, возвратиться в мою комнату и одеться, я попрошу Магнуса вызвать пикси, которые завяжут твои волосы узлами.

– О, уйди с дороги.

Изабель пнула Алека по коленке, пока он не направился, не торопясь, к холлу. Она была уверена, что если б обернулась и поглядела на него, он бы показал ей Определенные Темные Дела язык, так что, она не стала глядеть.

Заместо этого, она закрылась в ванной и включила душ на полную мощность. Потом она поглядела на полку с душевыми принадлежностями и произнесла слово, неподобающее леди. Сандаловый шампунь, кондюк и мыло.

Уф.

Когда она, в конце концов, вышла, одетая в свою форму и Определенные Темные Дела с подобранными высоко волосами, она нашла Алека, Магнуса и Джослин, ждущими ее в гостиной. Там были пончики, которые она не желала, и кофе, который желала. Она влила в него обильное количество молока и села, смотря на Джослин, которая тоже была одета, к удивлению Изабель, в форму Сумеречных охотников.

Это Определенные Темные Дела было удивительно, поразмыслила она.

Люди нередко гласили ей, что она похожа на свою мама, хотя сама она этого не замечала, и на данный момент она задумывалась было ли это так же, как Клэри походила на Джослин. Таковой же цвет волос, да, но также таковой же набор черт, таковой же Определенные Темные Дела наклон головы, такая же дерзкая челюсть. Такое же чувство, что этот человек мог смотреться как фарфоровая куколка, но был железным снутри. Изабель бы желала, чтоб так же как Клэри достались мамины зеленоватые глаза, она получила голубые Марисы и Роберта. Голубой цвет был еще привлекательнее, чем темный.

– Так же, как и Неразговорчивый Определенные Темные Дела Город, есть только одна Адамантовая Крепость, но существует много дверей, через которые можно ее отыскать, – произнес Магнус. – Наиблежайшая к нам – это старенькый Августинский Монастырь на Грумском Холмике, на Стейтен-айленд. Мы с Алеком перенесем вас туда при помощи портала, и подождем, пока вы вернетесь, но мы не Определенные Темные Дела можем пройти с вами всю дорогу.

– Я знаю, – произнесла Изабель. – Так как вы мужчины. Вши.

Алек направил на нее палец.

– Относись к этому серьезно, Изабель. Стальные Сестры не такие, как Неразговорчивые Братья. Они намного наименее миролюбивые и не обожают когда их тревожат.

– Я обещаю вести себя как можно лучше, – произнесла Изабель Определенные Темные Дела и поставила пустую кофейную чашечку на стол. – Пойдем.

Магнус подозрительно посмотрел на нее, потом пожал плечами. Сейчас его волосы были уложены в миллион острых иголочек, его глаза, подведенные черным, были как никогда похожи на кошачьи. Он прошел мимо нее к стенке, уже шепча что-то на латинском Определенные Темные Дела: знакомые очертания Портала, его потаенная дверь, очерченная блестящими знаками, начала проявляться.

Поднялся ветер, прохладный и острый, задувая вспять завитки волос Изабель. Джослин первой шагнула вперед, и прошла через Портал. Это было, будто бы узреть кого-либо исчезающим в волне: Серебряный туман, казалось, проглотил ее, делая цвет ее рыжеватых волос Определенные Темные Дела более мерклым, и она пропала в нем со слабеньким миганием.

Изабель пошла последующей. Она уже привыкла к этому, сжимающему желудок, чувству телепортации. В ушах был беззвучный рев, а в легких – не было воздуха. Она закрыла глаза, потом открыла их опять, когда вихрь отпустил ее на сухой кустарник. Она Определенные Темные Дела поднялась на ноги, счищая сухую травку с коленей, и увидела Джослин смотрящую на нее.

Мать Клэри открыла рот – и здесь же закрыла его, когда появился Алек, упав на растительность рядом с Изабель, а потом Магнус, за которым запирался зияющий полупрозрачный портал. Даже путешествие через портал не растрепало шипы из его Определенные Темные Дела волос. Он с гордостью дернул какой-то из них.

– Взгляни, – произнес он Изабель.

– Мистика?

– Гель для волос. Три девяносто девять в Ricky’s.

Изабель закатила глаза и оборотилась осмотреться в новеньком окружении. Они стояли на холмике, его верхушка была покрыта сухим кустарником и увядшей травкой. Ниже были осенне-грязные Определенные Темные Дела деревья, и вдали Изабель увидела светлое небо и верхушку моста Верразано-Нэрроуз, соединяющего Стейтен-айленд с Бруклином. Обернувшись, она увидела монастырь, выступающий из-за мерклой листвы. Это было огромное здание из красноватого кирпича, большая часть окон которого были выбиты либо забиты досками. Оно было всюду разрисовано граффити. Грифы-индейки, побеспокоенные прибытием Определенные Темные Дела путников, кружили нужно полуразрушенной колокольней. Изабель поглядела на нее под углом, подумав, не было ли там чар, которые можно было бы счистить. Если и были, то сильные. Приложив все усилия, она не смогла узреть ничего не считая разрушенного строения впереди себя.

– Тут нет чар, – произнесла Джослин, заставив вздрогнуть Определенные Темные Дела Изабель. – То, что ты видишь – это и есть действительность.

Джослин направилась к ней, раздавливая сапогами сухую растительность впереди себя. Мгновение спустя, Магнус пожал плечами и последовал за ней, Изабель с Алеком тоже пошли за ними. Тропинки не было; ветки росли в кавардаке, черные на фоне незапятнанного воздуха Определенные Темные Дела, и листва под ногами сухо трещала. Когда они приблизились к зданию, Изабель увидела, что дорожки сухой травки были выжжены там, где пентаграммы и рунические круги были нарисованы баллончиком.

– Примитивные, – произнес Магнус, убирая ветку с пути Изабель. – Играющие в свои мелкие игры и с мистикой, не совершенно понимая ее. Они нередко Определенные Темные Дела притягиваются местами как это – центрами силы – не совершенно осознавая почему. Они пьют, тусуются и разрисовывают баллончиком стенки, будто бы ты можешь бросить человечий след на магии. Но ты не можешь. – Они достигнули обитую деревом дверь в кирпичной стенке. – Мы на месте.

Изабель напряженно поглядела на дверь. Опять не было чувства, что Определенные Темные Дела чары покрывали ее, хотя если очень сконцентрироваться, можно было рассмотреть слабенькое мигание, как солнечный свет, отражающийся от воды. Джослин и Магнус обменялись взорами. Джослин оборотилась к Изабель.

– Ты готова?

Изабель кивнула, и ничего не добавив, Джослин шагнула вперед и пропала за дощатой дверцей. Магнус выжидающе поглядел на Изабель. Алек Определенные Темные Дела наклонился к ней, и она ощутила его ладонь на собственном плече.

– Не беспокойся, – произнес он. – Ты будешь в порядке, Из.

Она вскинула подбородок.

– Я знаю, – произнесла она, и последовала за Джослин через дверь.

* * *

Клэри втянула воздух, но перед тем как она смогла ответить, послышались шаги на лестнице и Определенные Темные Дела Джейс появился в конце коридора. В ту же секунду Себастьян ее отпустил и развернул. С ухмылкой как у волка, он взъерошил ее волосы.

– Рад тебя созидать, сестричка.

Клэри онемела. Но, Джейс – нет; он молчком направился к ним. На нем был темный кожаный пиджак, белоснежная футболка и джинсы, ноги были Определенные Темные Дела босоногими.

– Ты обымал Клэри? – Он поглядел на Себастьяна в удивлении. Себастьян пожал плечами.

– Она моя сестра. Я рад ее созидать.

– Ты не обнимаешь людей, – произнес Джейс.

– У меня нет времени дискуссировать это.

– Это пустяк, – произнесла Клэри, пренебрежительно махнув рукою в сторону брата. – Я оступилась. Он всего только поддержал меня Определенные Темные Дела, чтоб я не свалилась.

Если Себастьян и был удивлен, услышав, как она защищает его, он этого не показал. Он не выказал никаких чувств, когда она прошла по коридору к Джейсу, который поцеловал ее в щеку.

– Что ты тут делала? – спросил Джейс.

– Находила тебя. – Она пожала плечами. – Я пробудилась и Определенные Темные Дела не смогла отыскать тебя. Я помыслила, что ты, может быть, еще спишь.

– Я вижу, ты нашла припас одежки. – Себастьян жестом указал на ее блузу. – Для тебя нравится?

Джейс стрельнул в него взором.

– Мы выходили приобрести пищи, – произнес он Клэри. – Ничего такого особенного. Хлеб и сыр. Хочешь пообедать Определенные Темные Дела?

Вот так, через пару минут, Клэри уже посиживала за огромным стеклянно-стальным столом. По яствам, показавшимся на столе, она сообразила, что ее 2-ая гипотеза была верна. Они были в Венеции. Там был хлеб, Итальянский сыр, салями и прошуто, виноградовое и инжирное варенье, и бутылки Итальянского вина. Джейс сел напротив нее Определенные Темные Дела, а Себастьян – во главе стола. Это страшно напомнило ей ночь, когда она встретила Валентина, в Ренвике в Нью-Йорке, как он расположился меж Джейсом и Клэри во главе стола, как он предложил им вино и поведал, что они были братом и сестрой. Она исподтишка посмотрела на собственного реального брата Определенные Темные Дела.

Она пошевелила мозгами о том, как смотрелась ее мать, когда встречалась с ним. С Валентином. Но Себастьян не был полной копией их отца. Она лицезрела фото Валентина, когда он был их возраста. Лицо Себастьяна сглаживало томные черты ее отца, красотой ее матери: он был высок, но наименее широкоплеч, был более гибким Определенные Темные Дела и грациозным. У него были скулы Джослин и узкий мягенький рот, черные глаза и белокурые волосы Валентина. Он поднял взор, будто бы изловил ее на разглядывании себя.

– Вина? – Он предложил бутылку. Она кивнула, хотя никогда очень не обожала вкус вина, а после Ренвика, она его терпеть Определенные Темные Дела не могла. Она прочистила гортань, пока Себастьян заполнял бокал.

– Так что, – произнесла она. – Этот дом – твой?

– Он принадлежал нашему папе, – произнес Себастьян, ставя бутылку на стол. – Валентину. Он перемещается, в него и из миров – наших и других. Он использовал его как убежище и как метод путешествовать сразу. Он брал Определенные Темные Дела меня сюда пару раз, показал мне как зайти и выйти, и как странствовать.

– Тут нет входной двери.

– Есть, если знаешь, как ее отыскать, – произнес Себастьян. – Отец был очень одарен в отношении этого дома.

Клэри поглядела на Джейса, который помотал головой.

– Он никогда не демонстрировал его мне. Я бы не додумался о его Определенные Темные Дела существовании.

– Это очень… холостяцкое жилище, – произнесла Клэри. – Я бы не поразмыслила, что Валентин…

– Имеет телек с плоским экраном? – Джейс усмехнулся ей. – Не то чтоб он ловил каналы, но ты можешь поглядеть ДВД на нем. В поместье у нас был старенькый холодильник, питающийся от ведьминого огня. Сюда он поставил холодильник Определенные Темные Дела Sub-Zero.

– Это было для Джослин, – произнес Себастьян. Клэри опешила.

– Что?

– Весь современный хлам. Приспособления. И одежка. Как блуза, которую ты носишь. Они были для нашей матери. В случае, если б она решила возвратиться.

Черные глаза Себастьяна повстречались с ее. Клэри немного затошнило. «Это мой брат, и Определенные Темные Дела мы разговариваем о наших родителях». У нее закружилась голова – очень много всего происходит очень стремительно, чтоб принять это и переварить. У нее даже никогда не было времени пошевелить мозгами о Себастьяне как о собственном живущем, живом брате. К тому времени как она узнала кем он был, он был Определенные Темные Дела уже мертв.

– Прости, если это удивительно, – произнес Джейс извиняющимся тоном, указывая на ее блузу. – Мы можем приобрести для тебя другую одежку.

Клэри легонько дотронулась до рукава. Материал был шелковым, гладким, дорогим. Что ж, это разъясняло то, что все было ее размера, и цвета, который ей идет. Так как она смотрелась в Определенные Темные Дела точности как ее мама. Она глубоко вздохнула.

– Все в порядке, – произнесла она. – Просто… Что непосредственно вы делаете? Просто путешествуете по миру в этом доме и…

– Смотрите мир? – беспечно произнес Джейс. – Есть вещи и похуже.

– Но нельзя заниматься этим вечно.

Себастьян съел совершенно незначительно, но испил два бокала вина. Он Определенные Темные Дела пил 3-ий и его глаза поблескивали.

– Почему нет?

– Ну, так как… так как Конклав отыскивает вас обоих, и вы не сможете провести вечность, убегая и прячась…

Глас Клэри застыл, когда перевела взор с 1-го из их на другого. Они обменялись взором… взором 2-ух людей, знающих о кое-чем, вкупе, о Определенные Темные Дела чем больше никто не знал. Это было не тем взором, которым Джейс обменивался с кем-либо еще при ней за очень длительное время. Себастьян заговорил мягко и медлительно.

– Ты задаешь вопросы либо проводишь разведку?

– Она имеет право знать о наших планах, – произнес Джейс. – Она пришла сюда Определенные Темные Дела, зная, что не сумеет возвратиться.

– Смелый шаг, – произнес Себастьян, обводя пальцами ободок бокала. Клэри лицезрела, что Валентин тоже делал так. – Из-за тебя. Она любит тебя. Вот почему она тут. Не так ли?

– А что, если так? – произнесла Клэри. Она задумывалась, что сумеет притвориться, что была другая причина, но глаза Себастьяна Определенные Темные Дела были темными и наточенными, и она засомневалась, что он бы ей поверил. – Я доверяю Джейсу.

– Но не мне, – произнес Себастьян. Клэри очень кропотливо подбирала свои последующие слова.

– Если Джейс доверяет для тебя, тогда я желаю доверять для тебя, – произнесла она. – И ты мой брат. Это что-то Определенные Темные Дела означает. – Ересь отдавала горечью у нее во рту. – Но я совершенно тебя не знаю.

– Тогда, может быть, для тебя следует издержать мало времени, чтоб выяснить меня, – произнес Себастьян. – И позже мы поведаем для тебя о собственных планах.

Мы поведаем для тебя. О наших планах. В его идей был он Определенные Темные Дела и Джейс; там не было Джейса и Клэри.

– Мне не нравится держать ее в неизвестности, – произнес Джейс.

– Мы поведаем ей через неделю. Какую роль сыграет неделя? – посмотрел на него Джейс.

– Две недели вспять ты был мертв.

– Ну, я не предлагал две недели, – произнес Себастьян. – Это было бы безумством.

Джейс усмехнулся уголком рта Определенные Темные Дела. Он поглядел на Клэри.

– Я готова подождать, чтоб вы доверяли мне, – произнесла она, осознавая, что это были правильные, умные слова. Сожалея гласить это. – Сколько бы это ни заняло времени.

– Неделя, – произнес Джейс.

– Неделя, – согласился Себастьян.

– И это значит, что она остается тут, в квартире.

– Никакой связи ни с Определенные Темные Дела кем. Не открывать дверь для нее, не заходить и не выходить.

Джейс отклонился.

– Что если я буду с ней? – Себастьян одарил его взором из-под опущенных ресниц. Его взор был расчетливым. Он решал, позволит ли он Джейсу сделать это, поняла Клэри. Он решал как ослабить поводок собственного брата.

– Отлично Определенные Темные Дела, – произнес он в конце концов, его глас был полон снисхождения. – Если ты будешь с ней.

Клэри поглядела на собственный бокал. Она услышала, что Джейс пробормотал что-то в ответ, но не могла поглядеть на него. От самой мысли о том, что Джейсу разрешалось делать что-то… Джейсу Определенные Темные Дела, который всегда делал все, что желал – ее затошнило. Ей хотелось встать и разбить бутылку вина о голову Себастьяна, но она знала, что это было нереально. Порань 1-го, 2-ой истечет кровью.

– Как вино? – Это был глас Себастьяна, со сокрытым наслаждением, очевидно читающимся в его тоне. Она осушила собственный бокал, давясь Определенные Темные Дела горьковатым запахом.

– Потрясающе.

* * *

Изабель вышла в незнакомую местность. Перед ней простиралась глубочайшая зеленоватая равнина под низким серо-голубым небом. Изабель натянула капюшон формы и осмотрелась, восхищаясь. Она еще никогда не лицезрела такового красивого, всеобъятного небесного места, либо такую большенную равнину… она драгоценно мелькала цветом мха. Шагнув вперед, Изабель сообразила, что это Определенные Темные Дела и был мох, возрастающий на и вокруг скал, рассыпанных по угольного цвета земле.

– Это вулканическая равнина, – произнесла Джослин. Она стояла рядом с Изабель, и ветер выдергивал пряди ее волос цвета красноватого золота, из туго завязанного пучка. Она была так похожа на Клэри, что это было страшно. – Тут когда-то были Определенные Темные Дела пласты лавы. Вся местность, наверное, вулканическая в некий степени. Работая с адамантом, Сестрам нужен неописуемый жар для их кузниц.

– В таком случае тут могло быть потеплее, – пробормотала Изабель.

Джослин одарила ее сухим взором и пошла в избранном наобум, как показалось Изабель, направлении. Она вскарабкалась следом.

– Время от Определенные Темные Дела времени ты так похожа на свою мама, что мало изумляешь меня, Изабель.

– Я принимаю это как комплимент. – Изабель сузила глаза. Никто не оскорблял ее семью.

– Это не предполагалось как оскорбление. – Изабель направила взор на горизонт, где черное небо встречалось с сияюще-зеленой травкой.

– Как отлично вы знали моих родителей? – Джослин Определенные Темные Дела бросила на нее резвый взор с боковой стороны.

– Достаточно отлично, когда мы были все совместно в Идрисе. Я не лицезрела их в течение длительных лет до недавнешнего времени.

– Вы знали их, когда они поженились? – Тропинка, по которой шла Джослин, начала уклоняться ввысь, потому ее ответ был немного запыхавшимся Определенные Темные Дела.

– Да.

– Они… обожали друг дружку? – Джослин резко тормознула и обернулась поглядеть на Изабель.

– Изабель, ты о чем?

– О любви? – представила Изабель, после секундной паузы.

– Я не знаю с чего ты взяла, что я эксперт в этом.

– Ну, вам удалось привязать к для себя Лючка на всю его жизнь Определенные Темные Дела, в сути, пока вы не согласились выйти за него замуж. Это впечатляюще. Я бы желала иметь такую власть над парнем.

– Да, – произнесла Джослин. – Я имею в виду, у тебя она есть. И это не то, о чем хотят. – Она провела руками по своим волосам и Изабель ощутила легкий толчок. Невзирая Определенные Темные Дела на то, что Джослин была похожа на свою дочь, ее тонкие длинноватые руки, гибкие и неповторимые, были как у Себастьяна. Изабель вспомнила, как отрезала одну из их, в равнине в Идрисе, ее хлыст прошел через кожу и кость. – Твои предки не безупречны, Изабель, так как никто не безупречен. Они сложные люди Определенные Темные Дела. И они только-только утратили малыша. Так что, если это из-за того, что твой отец остается в Идрисе…

– Мой отец изменил моей маме, – выпалила Изабель, и практически прикрыла рот рукою. Она хранила этот секрет, хранила годами, и сказать это вслух Джослин казалось предательством, невзирая ни на Определенные Темные Дела что. Лицо Джослин поменялось. На данный момент оно изображало сострадание.

– Я знаю.

Изабель резко вздохнула.

– Об этом все знают? – Джослин помотала головой.

– Нет. Несколько людей. Мне… посчастливилось выяснить. Я не могу сказать большего.

– Кто это был? – спросила Изабель. – С кем он ей изменил?

– Ты ее не знаешь, Изабель…

– Вы не понимаете Определенные Темные Дела, кого я знаю! – Изабель повысила глас. – И закончите произносить мое имя так, будто бы я небольшой ребенок.

– Это не мое право, гласить для тебя, – Джослин произнесла решительно, и продолжила путь. Изабель карабкалась за ней, даже когда тропинка взяла крутой поворот ввысь, где стенка зелени встречалась с Определенные Темные Дела грозовым небом.

– У меня все есть права знать. Они мои предки. И если вы не скажете мне, я…

Она тормознула, резко вдыхая. Они достигнули гребня холмика, и каким-то образом перед ними, как быстро-распускающийся цветок из земли, появилась крепость. Она была обрамлена бело-серебренным адамантом, отражающим, усыпанное тучами, небо. Башни, украшенные Определенные Темные Дела сплавом золота и серебра, достигали неба, а крепость была окружена высочайшей стенкой, тоже из адаманта, в какой были установлены ворота, в форме 2-ух большущих клинков, вонзившихся в землю под углом, так, что они походили на страшенную пару ножниц.

– Адамантовая Крепость, – произнесла Джослин.

– Спасибо, – бросила Изабель. – Я Определенные Темные Дела додумалась.

Джослин издала звук, знакомый Изабель еще по ее родителям. Изабель была полностью уверена, что это было родительское обозначение для «Подростки». Потом Джослин начала спускаться с холмика по направлению к крепости. Изабель, вялая от карабканья, последовала за ней. Она была выше матери Клэри, ее ноги были длиннее, и она Определенные Темные Дела не лицезрела предпосылки, почему она должна была ожидать Джослин, если эта дама собиралась продолжать обращаться с ней, как с ребенком. Она потопала с холмика, сминая мох своими сапогами, наклонилась под ножницами-воротами… И застыла.

Она стояла на небольшом выступе горы. Земля перед ней уходила в большущее ущелье, на деньке которого кипела река Определенные Темные Дела красно-золотой лавы, огибая крепость. Вокруг ущелья, очень далековато, чтоб допрыгнуть – даже для Сумеречного охотника – был единственный видимый вход в крепость, закрытый разводной мост.

– Некие вещи, – произнесла Джослин с боковой стороны, – не так ординарны, как кажутся на 1-ый взор.


opredelit-mesto-berezovskogo-rovd-v-sisteme-upravleniya-vnutrennih-del-brestskogo-oblispolkoma.html
opredelit-neotlozhnie-i-pervonachalnie-sledstvennie-dejstviya-i-operativno-rozisknie-meropriyatiya-neobhodimie-dlya-raskritiya-i-rassledovaniya-prestupleniya.html
opredelit-osnovnuyu-temu-teksta-otvetit-na-voprosi-po-obshemu-soderzhaniyu-teksta-kto.html